Обращение к сайту «История Росатома» подразумевает согласие с правилами использования материалов сайта.
Пожалуйста, ознакомьтесь с приведёнными правилами до начала работы

Новая версия сайта «История Росатома» работает в тестовом режиме.
Если вы нашли опечатку или ошибку, пожалуйста, сообщите об этом через форму обратной связи

Участники атомного проекта /

Кузнецова Ираида Александровна

Окон­чила факуль­тет жур­на­ли­стики Казан­ского госу­дар­ствен­ного уни­вер­си­тета. Кан­ди­дат в мастера спорта по лег­кой атле­тике. На Кирово-Чепец­ком хим­за­воде рабо­тала лабо­ран­том. Затем около 40 лет была редак­то­ром город­ской газеты «Киро­вец». Ныне - акти­вист вете­ран­ского движе­ния, редак­тор и соста­ви­тель многих книг о Кирово-Чепецке и его людях.
Кузнецова Ираида Александровна

Мои воспоми­на­ния — о спорте. Кирово-Чепецк накопил такие спор­тив­ные достиже­ния, кото­рым поза­ви­до­вали бы города с мил­ли­он­ным насе­ле­нием, а в нашем Кирово-Чепецке — всего-то чуть более 70 тысяч жите­лей!

Судите сами: шесть золо­тых, три сереб­ря­ных олимпийских медали, более 40 при­зе­ров чемпи­о­на­тов и пер­венств мира и Европы, четыре при­зера Все­мир­ной уни­вер­си­ады, более 150 при­зе­ров чемпи­о­на­тов и пер­венств СССР и Рос­сии.

У исто­ков спор­тив­ной славы города стоял Кирово-Чепец­кий хими­че­ский завод. Именно во времена Мини­стер­ства сред­него маши­но­стро­е­ния все и нача­лось. Тогда чепец­кий спорт кури­ро­вал Цен­траль­ный совет по физ­культуре и спорту… надо бы доба­вить: Сред­маша. Но все было настолько заву­а­ли­ро­вано, что сразу и не поймешь, что это за спор­тив­ное обще­ство под назва­нием Цен­траль­ный совет. Однако мы и не любопыт­ство­вали. Все было настолько есте­ственно, что ничего необыч­ного в «непол­ном» назва­нии не мерещи­лось. Глав­ное: совет делал для нас, спортс­ме­нов, очень многое и все­гда под­держи­вал нас.


Я начала заниматься лег­кой атле­ти­кой со школы. У нас был заме­ча­тель­ный учи­тель физ­культуры — Ген­на­дий Ива­но­вич Шиба­нов. Бывший моряк, силь­ный, здо­ро­вый, он не имел педагоги­че­ского обра­зо­ва­ния, но какие у него были уроки! Мы бегали, занима­лись гим­на­сти­кой, играли в волей­бол, под­тяги­ва­лись на канате… Физ­культура была уважа­емым пред­ме­том.

А какие были город­ские спор­тив­ные эстафеты! Их орга­ни­зо­вы­вал хим­за­вод. В программу эстафет вхо­дил не только лег­ко­ат­ле­ти­че­ский бег, но и вело­сипед­ные гонки, состя­за­ния на лод­ках по реке Вятке. Участ­во­вал весь город!

А празд­но­ва­ние Дня физ­культур­ника на город­ском ста­ди­оне, кото­рый тоже построил хим­за­вод! Зеле­ное фут­боль­ное поле, гаре­вая дорожка для лег­ко­ат­ле­тов… Цен­траль­ный совет по физ­культуре и спорту про­во­дил там свои пер­вен­ства. В них участ­во­вали спортс­мены со всех «закрытых» сред­машев­ских предпри­я­тий. Ну, а в День физ­культур­ника обя­за­тельно при­вет­ство­вали при­зе­ров этих пер­венств. С этого и начи­нали спор­тив­ный празд­ник.


Уже с 10 класса я начала выступать на пер­вен­ствах Киров­ской обла­сти по лег­кой атле­тике. И выиг­ры­вала! Мои любимые дистанции — 400 и 800 мет­ров. Однако с воз­рас­том выра­ба­ты­ва­ется вынос­ли­вость, а ско­рость ухо­дит, и тогда тре­нер «бро­сает» тебя на более длин­ные дистанции — на пол­торы тысячи мет­ров и крос­со­вые — 3 и 5 километ­ров. Три километра я бегала, а вот пять — не при­ш­лось.

Моим тре­не­ром была Лариса Васи­льевна Бата­лина. Она при­е­хала к нам из Смо­лен­ска. Ее тре­нер­ский стаж — 60 лет. Она и сей­час не отка­зы­ва­ется от помощи юным лег­ко­ат­ле­там, от судейства сорев­но­ва­ний. Таких тре­не­ров, а тем более с таким стажем, еще надо поис­кать!

Бата­лина начала тре­ни­ро­вать в только что открытом спорт­клубе «Олимпия» (его тоже построил хим­за­вод). А до этого у нас было доб­ро­воль­ное спор­тив­ное обще­ство «Химик». Кстати, пер­вым пред­се­да­те­лем СК «Олимпия» был Вик­тор Юлья­но­вич Ячник. После рас­пада СССР он стал совет­ни­ком пре­зи­дента Рес­пуб­лики Бела­русь А. Г. Лукашенко. В 2006 году под моим редак­тор­ством вышла книга «Город спор­тив­ной славы», где пред­став­лен весь чепец­кий — сред­машев­ский — спорт. Ячник препод­нес книгу бело­рус­скому батьке. Гово­рят, Лукашенко вос­торгался. Но заме­тил, что в Бела­руси могут сде­лать еще лучше. Инте­ресно, сде­лали или нет?


После школы меня при­няли рабо­чей ста­ди­она. Я соби­рала лишь взносы ДСО «Химик», все осталь­ное время тре­ни­ро­ва­лась. Это было в 1959 году. А на сле­дующий год меня пере­вели в 105-й цех, где и про­из­во­дили начинку для водо­род­ной бомбы — дей­те­рид лития-6, или термо­ядер­ное топ­ливо.

Объясню, почему меня пере­вели именно в этот цех. Там были особо вред­ные усло­вия, а потому люди полу­чали самую высо­кую зарплату по заводу. И чтобы мате­ри­ально под­держать тех, кто защищал спор­тив­ную честь предпри­я­тия, устра­и­вали на работу именно в этот цех. Поло­вина цехо­вого кол­лек­тива были спортс­ме­нами. Кстати, все игроки про­слав­лен­ной хок­кей­ной команды «Олимпия», в кото­рой начи­нали свою спор­тив­ную карьеру олимпийские чемпи­оны Алек­сандр Мальцев и Вла­ди­мир Мыш­кин, чис­ли­лись в 105-м. Правда, в отли­чие от других, они вообще не рабо­тали — команда играла прак­ти­че­ски на про­фес­си­о­наль­ном уровне. Но зарплату полу­чали.

Цех отно­сился к пер­вому списку вред­но­сти. И это тоже было его пре­имуще­ством. Работ­ники полу­чали право выхо­дить на пен­сию раньше положен­ного срока: женщины — в 45 лет, муж­чины — в 50. Но не все этим благом восполь­зо­ва­лись. Как я, напри­мер. И неко­то­рые мои зна­комые. В те годы мы не очень-то чув­ство­вали себя потре­би­те­лями жизни, чтобы все счи­тать и про­счи­ты­вать: живем да и живем, тру­димся и тру­димся.

Я уже рабо­тала в редакции газеты «Киро­вец». Одна­жды пер­вый сек­ре­тарь Кирово-Чепец­кого гор­кома КПСС Лев Ива­но­вич Князь­ков (он тоже в свое время рабо­тал на хим­за­воде при Сред­маше) спраши­вает меня: «Ты пен­сию-то льгот­ную оформила?». «Нет, — отве­чаю. — У меня, навер­ное, и не набе­рется 10 лет стажа в особо вред­ных усло­виях». (Именно такой стаж необ­хо­дим был для выхода на «ран­нюю» пен­сию). «А ты про­верь», — наста­и­вал Князь­ков. Я схо­дила в отдел кад­ров завода, про­ве­рила. Ока­за­лось, 10 лет есть — тютелька в тютельку.

Но пен­сию я все равно не оформила. Ушла, как положено, — в 55.


В 105-м я рабо­тала лабо­ран­том. А там — элек­тро­ли­зеры, ртут­ные ванны, ртут­ные пары… Мы делали слож­нейшие ана­лизы.

Началь­ни­ком про­из­вод­ства была Зина­ида Михай­ловна Логи­нова. Умнейший спе­ци­а­лист, но очень жест­кий чело­век. Меня как лег­ко­ат­летку, если надо было выступить на област­ных или все­рос­сийских сорев­но­ва­ниях или поехать на сборы, все­гда осво­бож­дали от работы — по пер­вому звонку сверху. Осво­бож­дали или на пару дней, или на месяц-пол­тора. Кстати, в цехе я была един­ствен­ной лег­ко­ат­лет­кой, скажем так, высо­кого уровня. Но из-за моих «осво­бож­де­ний» у меня с Зина­и­дой Михай­лов­ной слу­ча­лись стычки.

Я уже была замужем за своим Арка­дием Ива­но­ви­чем Куз­нецо­вым (моя деви­чья фами­лия Ворожцова). Он тоже был спортс­ме­ном — возглав­лял област­ную сбор­ную по бас­кет­болу. И вот мы с ним решили, что нам нужно отдель­ное жилье — хоте­лось жить само­сто­я­тельно, без роди­те­лей. «Давай будем про­сить квар­тиру, — пред­ложила я Аркаше. — Пока ты спор­том занима­ешься, пока я на спор­тив­ной волне». А в 105-м цехе даже квар­тиры в первую оче­редь ста­ра­лись дать спортс­ме­нам. «Проси», — согла­сился Аркаша. (Я-то была поак­тив­нее.)

Ну, и я — к Зина­иде Михай­ловне. «Какое тебе жилье! Почти не рабо­та­ешь! При­езжа­ешь да уезжа­ешь!». — «У меня же муж!» — «Ничего не знаю!». И отка­зала мне.

А по поводу «при­езжа­ешь да уезжа­ешь»… Когда я воз­враща­лась с сорев­но­ва­ний или сбо­ров, все­гда спраши­вала: «В какую смену мне выхо­дить?». Я как будто чув­ство­вала за собой какую-то вину: люди тра­вятся в цехе, а я бегаю на свежем воз­духе. Поэтому и спраши­вала.

Меня посылали в самые неудоб­ные смены (но я не обижаюсь). Неудоб­ные для спортс­мена. А ведь спортс­мену перед стар­том надо было хорошо выспаться, подго­то­вить себя…

Такие были слу­чаи. Я рабо­таю с ноля часов до 6 утра, а с 10.00 у меня сорев­но­ва­ния в Кирове. Едешь, не спавши. В авто­бусе чуть подрем­лешь. И — выиг­ры­ва­ешь.


На финише И. А. Кузнецова (впереди всех)
На финише И. А. Куз­нецова (впе­реди всех)

В составе сбор­ной команды Цен­траль­ного совета по физ­культуре и спорту я была 10 лет. Мы выступали на пер­вен­ствах Рос­сии, СССР, участ­во­вали в спар­та­ки­а­дах. В этом спор­тив­ном обще­стве были заме­ча­тель­ные спортс­мены. Осо­бенно было много с Укра­ины — из Дне­про­дзержин­ска. Помню Сашу Мороза, двух бра­тьев — Вик­тора и Сашу Ступа­ков. Они уже были масте­рами спорта по лег­кой атле­тике. А руко­во­дил Цен­траль­ным Сове­том Лев Иса­а­ко­вич Кроль. Он сопро­вож­дал нас на все сорев­но­ва­ния, про­во­дил все сборы. Всех вооду­шев­лял на спор­тив­ные достиже­ния. Со сбор­ной совета мы побы­вали в Москве, Ленинграде, Сочи, Адлере, на Урале, на Укра­ине, в Сред­ней Азии…

Помню, были в Пятигор­ске. Нас посе­лили в сана­то­рии «Орли­ные скалы». Там я впер­вые в жизни уви­дела горы. На одну из них лазили. Под­ниматься было не страшно. А вот спус­каться — страш­но­вато.

Вер­нусь к рас­сказу о Льве Иса­а­ко­виче Кроле. Это было на сорев­но­ва­ниях в городе Чка­лов­ске. Сто­яла осень. Холодно, сыро. Дистанция кросса в три километра с кру­тыми подъемами. А у меня раз­бо­ле­лась нога. «Ладно, не бегай. Как выступим — так выступим», — ска­зал мне Кроль.

Алек­сандр Мороз тоже бегал на длин­ные дистанции. Он в то время уже побы­вал за гра­ницей и там при­об­рел отлич­ную мазь для разогрева. Пред­ложил ее мне. Это был финалгон, о кото­ром мы тогда и не слы­хи­вали. Я нама­зала ногу. Греет. «Лев Иса­а­ко­вич, я побегу». — «Ладно. Но беги для себя. Поти­хоньку про­топа­ешь», — по-отцов­ски напут­ство­вал меня Кроль. И я побежала… И заняла в кроссе пятое место по Рос­сии!

Под­водя итоги сорев­но­ва­ний, Лев Иса­а­ко­вич обра­тился ко всем чле­нам нашей сбор­ной: «На таких спортс­ме­нов, как Ира, надо рав­няться! У таких, как она, есть харак­тер, сила воли, жела­ние побе­дить!». Я была очень благо­дарна Льву Иса­а­ко­вичу за такую оценку.

Было немало эпи­зо­дов, когда при­хо­ди­лось про­яв­лять себя не только как спортс­мен, но и в каче­стве лидера. Одна­жды наши сборы про­хо­дили в городе Лени­на­баде — в Таджи­ки­стане. В один из дней стар­то­вали кросс — чело­век шесть. Сто­яла вели­ко­леп­ная погода. И вдруг под­нялся силь­ный ветер с пес­ком! А мы про­бежали лишь поло­вину дистанции — впе­реди еще было километра три. «Ребята! Давайте назад! — крик­нула я. — Смот­рите, какая пес­ча­ная буря под­ня­лась!». А буря все силь­нее, силь­нее… И — ни одной машины, чтобы нас под­хва­тили. Потом узнали, что весь транспорт занесло пес­ком.

Вдоль трассы, по кото­рой мы бежали, была какая-то канава. «Все туда! — крик­нула я ребя­там. — Ложимся! Не под­нима­емся! И стря­хи­ваем с себя песок!». Так мы лежали минут 20-30. Буря прошла. Мы побежали обратно, на свою базу. А там Кроль весь в пережи­ва­ниях: «Мы вас уже не ждали уви­деть живыми!».

Лев Иса­а­ко­вич выстроил всех чле­нов сбор­ной в линейку и объявил мне благо­дар­ность: «Вот какой надо иметь харак­тер!».


Сорев­но­ва­ния, сборы, наша команда — всё это памятно для меня. В Цен­траль­ном совете физ­культуры и спорта рабо­тали люди, болеющие за спорт, ответ­ствен­ные за свое дело. Такие, как Лев Иса­а­ко­вич Кроль!

Мы никогда не обращали внима­ния на то, что мы не такие пуб­лич­ные, как, к при­меру, спортс­мены из обществ «Зенит», «Спар­так», «Буре­вест­ник»… Но свои спор­тив­ные достиже­ния мы имели. И круп­ные! И нас за это поощ­ряли. От Цен­траль­ного совета нам вру­чали наруч­ные часы, вазы, чай­ные сер­визы. Помню, я выиг­рала дистанцию на сорев­но­ва­ниях в Батуми. Мне вру­чили наруч­ные часы. Кра­си­вые! К сожа­ле­нию, во время пере­ез­дов они поте­ря­лись.

К своим награ­дам мы отно­си­лись легко. Это теперь спортс­мены все про­счи­ты­вают: если одержу победу, получу воз­награж­де­ние. У нас этого и в помине не было.

Когда мы при­езжали в новый для себя город — на сорев­но­ва­ния, сборы — в первую оче­редь посещали музей, а потом — баню. Вос­ста­но­ви­тель­ную! Это было в обя­за­тель­ном порядке. Я и сей­час бан­ный чело­век — без бани не могу.


Перед сорев­но­ва­ни­ями и сбо­рами меня, как и всех осталь­ных спортс­ме­нов из 105-го цеха, вызы­вали в осо­бый отдел хим­за­вода: ведь во время спор­тив­ных меропри­я­тий нам встре­тятся ино­странцы, может завя­заться обще­ние… «Вы все наши тре­бо­ва­ния зна­ете?» — спраши­вали в отделе. «Знаю, я должна гово­рить, что я из Кирова — ника­кого Кирово-Чепецка не суще­ствует». — «Пра­вильно. И больше ничего не гово­рите». Наш цех до того был засек­ре­чен! Все за него тряс­лись!

Но одна­жды… Сорев­но­ва­ния про­хо­дили в Москве. Мы жили то ли в гости­нице «Укра­ина», то ли в гости­нице «Москва» — сей­час точно не помню. Обычно нас ста­ра­лись посе­лить там, где не было ино­странцев. А тут… Рядом с нашей ком­на­той жили чер­ные ребята — арабы, навер­ное. По-рус­ски гово­рили с акцен­том.

Мы как раз при­е­хали из Луж­ни­ков. Отды­хаем. А дверь у ребят открыта. «Девочки, захо­дите на чай!» — при­гла­сили они нас. Я загля­нула: на столе — крас­ная икра. «О боже, — подумала я. — Где я еще крас­ной икры попро­бую?!». Моло­дость! Что поде­ла­ешь! «Люда, пой­дем чайку попьем, по бутер­бро­дику съе­дим», — позвала я соседку-лег­ко­ат­летку из укра­ин­ского города Сумы. И мы пошли в гости. Попили, поели. Я ска­зала, что я — из города Кирова, а Люда — из укра­ин­ских Сум. Что мы в Москве на сорев­но­ва­ниях. Что зав­тра снова бежим. А потом…

При­езжаю домой, выхожу на работу — и меня вызы­вают в осо­бый отдел. «Обща­лись? — спро­сили меня в отделе (там уже были в курсе нашего чаепи­тия). — О чем гово­рили?». — «О спорте. Они рас­ска­зы­вали о себе, уго­стили нас крас­ной икрой… Неужели это пре­ступ­ле­ние? Я же ничего не разгла­сила!». — «Но вы давали рас­писку! Вы же подпи­сы­ва­лись!».

Меня, конечно, отчи­тали. Но премии не лишили. А премии в 105-м были при­лич­ные.

Такая вот была раз­ведка...

Был еще один слу­чай на сбо­рах в Ужго­роде. Там — непо­сред­ствен­ная гра­ница с Чехо­сло­ва­кией (теперь — со Сло­ва­кией).

Мы побежали кросс. Бежим, бежим… И вдруг — сплош­ной виноград­ник. Рвем виноград, в майки скла­ды­ваем. И — выхо­дят погра­нич­ники: «Сто­ять! Кто такие? Откуда? Вы уже почти не на совет­ской тер­ри­то­рии».

Мы объяс­нили, что мы — спортс­мены, что наша база рядом, и мы сей­час побежим обратно. Однако не тут-то было. Нас при­везли на погран­за­ставу, запи­сали наши фами­лии. «Сообщим вашему руко­вод­ству, чтобы вам четче давали ори­ен­тиры. А теперь дуйте обратно и никуда не сво­ра­чи­вайте!».

От Льва Иса­а­ко­вича Кроля нам, конечно же, сильно попало. А на ужго­род­ской земле нам часто встре­ча­лись надписи: «Опасно… Опасно…». Видимо, были какие-то запрет­ные зоны.


Не могу не вспом­нить дирек­тора Кирово-Чепец­кого хим­за­вода Якова Фили­мо­но­вича Терещенко. Он любил спорт, уважи­тельно отно­сился к спортс­ме­нам. В том, что Кирово-Чепецк стал спор­тив­ным горо­дом, извест­ным на всю страну, — и его заслуга.

Вер­нусь к исто­рии, как мы с мужем полу­чили свое жилье.

Зина­ида Михай­ловна Логи­нова нам отка­зала. Но Яков Фили­мо­но­вич...

На ста­ди­оне про­хо­дили сорев­но­ва­ния по лег­кой атле­тике. А Яков Фили­мо­но­вич был большим болельщи­ком. Он знал своих спортс­ме­нов в лицо: кто какого уровня, у кого какие успехи.

В тот раз я бежала 400 мет­ров. И выиг­рала. Терещенко под­хо­дит ко мне: «Поздрав­ляю с побе­дой!» — и крепко пожал мою руку. А я была в динамов­ском голу­бом спор­тив­ном костюме. На все­рос­сийских сорев­но­ва­ниях динамовцы про­да­вали свои фирмен­ные костюмы — мы их покупали. Моло­дыми были, хоте­лось выгля­деть кра­си­выми. Терещенко при­гля­делся и спро­сил: «Ты глазки под костюм­чик выби­рала или костюм­чик под глазки?».

Ну, подумала я, под­вер­нулся момент попро­сить жилье. «Что, Логи­нова не дает?» — улыб­нулся Яков Фили­мо­но­вич. «Не дает. Ска­зала, что пока нет ничего», — при­зна­лась я.

Дня через три Зина­ида Михай­ловна Логи­нова вызвала меня к себе: «Нажа­ло­ва­лась? Иди в жилищ­ную кон­тору. Там дадут тебе жилплощадь на выбор».

Так мы с Аркашей полу­чили соб­ствен­ную квар­тиру.


Совсем недавно побы­вала у меня в гостях Нина Бес­кров­ная — тоже из бывших лег­ко­ат­ле­ток. Сей­час она живет в Крас­но­яр­ском крае. При­шла ко мне с розами, с конья­ком. В Кирово-Чепецке Нина была пару дней — уста­нав­ли­вала памят­ник на могиле своих роди­те­лей. Мы позвали на свои поси­делки Ларису Васи­льевну Бата­лину — она живет в сосед­нем доме. Вспом­нили всех! Гово­рили долго. Ведь Нина сей­час еще и труд­ница жен­ского мона­стыря.

Порой я думаю: сколько же раз я обогнула эква­тор, когда занима­лась бегом? Я отдала спорту 20 лет и каж­дый день про­бегала не менее 20 километ­ров… Да, большие километры полу­чаются! Я и сегодня ста­раюсь участ­во­вать во всех вете­ран­ских спор­тив­ных сорев­но­ва­ниях. По-преж­нему бегаю. По-преж­нему на старте.