ГлавнаяЦарьков В. П. → Опасный маршрут

Царьков Вячеслав Петрович

В 1986 году – старший инженер СНИИП. Первым от института был направлен в командировку в Чернобыль.

Опасный маршрут

По дороге в Чернобыль меня, конечно, поразила картина, напоминающая времена войны: навстречу нам двигались колонны автобусов с людьми, машины со скотом. Когда мы приехали в город и пришли в здание правительственной комиссии, то наблюдали такую картину: все военнослужащие - генералы, адмиралы, полковники – все были в военной форме, в регалиях. Так вот, когда мы их "померили", они все «светились». Мы им порекомендовали перейти на спецодежду, что они сделали, кстати, очень быстро.

Нашей задачей было обследовать людей, которых эвакуировали из зоны Чернобыля. Я занимался контролем внутреннего облучения, также в группу входили врач-гематолог, врач-терапевт и дозиметрист. Контроль внешнего облучения я производил при помощи термолюминесцентного дозиметра (ТЛД), который измерял гамма-облучение – оно там присутствовало в большом количестве. Дозиметр до сих пор у меня. 5,1 рентгена – та доза, которую я получил за время пребывания в Чернобыле.

А началось все 1 мая 1986 года, когда ко мне на квартиру к праздничному столу приехали сотрудники нашей лаборатории А. Д. Соколов и В. В. Лазинцева. Причину внезапного приезда Соколов объяснил тем, что необходимо срочно поехать в командировку в г. Киев для проведения измерений внутреннего облучения людей. Причина командировки не была названа, но выезжать нужно было срочно, с разработанным в лаборатории прибором для контроля внутреннего облучения человека РИГ-02С.

Второго мая утром я приехал в СНИИП, отградуировал прибор, после чего К. Н. Стась, в то время секретарь парткома, отвез меня с прибором ко мне домой, а на следующий день, третьего мая, — в Минэнерго в Китай-городе. Оттуда всех командированных на ЧАЭС автобусом отвезли в аэропорт Быково и погрузили в самолет ЯК-40, который доставил нас в Киев. 

Прилетели ночью, выгрузились, переночевали в VIP-зале. Рано утром 4 мая в очередной раз погрузились в автобус и с заездом в Минэнерго Украины выехали в сторону Чернобыля. По пути навстречу нам двигались автобусы с людьми и автомашины со скотом, которых эвакуировали из 30-километровой зоны. Все это чем-то напоминало кадры военной хроники. Нас привезли к пионерлагерю «Сказочный». На контрольно-пропускном пункте автобус остановился, люди вышли и попали в радиоактивную грязь, которая образовалась после дезактивации транспортных средств. Оказалось, что мы подъехали не с той стороны, и нас направили на «чистый» КПП. 

В пионерлагере «Сказочный» размещался штаб Минсредмаша, который на тот момент возглавлял заместитель министра А. Г. Мешков. В штабе шло совещание, после окончания которого Мешков с участниками совещания вышел на улицу. Я представился ему и объяснил цель моей командировки. Выслушав меня, Мешков сказал, что представителей СНИИП никто не вызывал. После таких слов я хотел закрыть командировку и уехать обратно в Москву, но меня остановил представитель института «Биофизика» В. И. Бадьин. Меня включили в команду биофизиков по оценке радиационной обстановки в 30-километровой зоне и обследованию населения, еще не покинувшего 30-километровую зону, на предмет внутреннего радионуклидного загрязнения. 5 мая была сформирована выездная бригада, состоящая из врача-терапевта, врача-гематолога и дозиметриста. В эту бригаду включили и меня. Врач-терапевт совместно с врачом-гематологом оценивали общее состояние пациента, оператор-дозиметрист проводил измерение одежды и тела на предмет загрязнения радионуклидами, после чего пациента раздевали, и я проводил измерение содержания радиоактивного йода в щитовидной железе и оценку содержания радионуклидов в других органах. Ежедневно намечались маршруты выезда, проводились обследования, по окончании все данные обрабатывали, а их результаты на следующее утро направляли в Правительственную комиссию, где в экстренных случаях принимали оперативное решение.

Первый наш выезд — в Правительственную комиссию (ПК), которая размещалась в помещении Чернобыльского райкома партии. При входе в райком стоял дозиметрист армейской химслужбы с дозиметром ДП5. Все военные и гражданские ходили в обычной одежде. Наш дозиметрист обследовал одежду военных и гражданских лиц — она была основательно загрязнена радионуклидами. Помимо этого была обследована и мягкая мебель в помещении — она также была загрязнена. Информацию сразу довели до сведения руководства. На следующий день при заезде в ПК мы увидели, что мягкой мебели уже нет, а военные и гражданские лица экипированы в спецодежду независимо от чина. 5 мая в здании ПК встретил коллег, сотрудников СНИИП. Начались наши командировочные будни.

Жили мы в одном из корпусов пионерлагеря, вставали рано, брали в столовой сухой паек, заезжали в здание ПК, набирали минералки и выезжали на маршрут. Возвращались поздно вечером, обрабатывали данные, которые передавались в ПК и по которым в случае необходимости принимались экстренные меры: выдворение из зоны и госпитализация. За время командировки нами было обследовано около 900 человек. 21 мая я отбыл из Киева в Москву по тому же маршруту: автобус, самолет в Быково, автобус в Минэнерго СССР, метро до дома.

Предприятия: Министерство среднего машиностроения СССР, аппарат (Минсредмаш СССР, Министерство атомной энергетики и промышленности СССР, Министерство Российской Федерации по атомной энергии, Минатом России, Федеральное агентство по атомной энергии, Росатом, Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом», госкорпорация «Росатом»), СНИИП (АО «Специализированный научно-исследовательский институт приборостроения»), Чернобыльская АЭС

Персоналии: Мешков А.Г.