ГлавнаяМартьянов С. А. → Рядовые Чернобыля

Мартьянов Сергей Андреевич

Участник ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС (июнь-октябрь 1986 года), полковник запаса, доцент

Рядовые Чернобыля

Удивительными свойствами обладает человеческая память. Особенно когда за плечами полвека. Можно не помнить, что было вчера, забыть вереницу совсем недавних событий, но, к счастью, у памяти свой календарь. Она позволяет не только достать информацию из огромного объема событий, но и заново пережить, реконструировать наши воспоминания, пропустить через сознание отдельные мгновения с учетом прожитых лет и произошедших событий. Моя память неизменно возвращает меня в далекий 1986-й, к разрушенному ядерному реактору 4-го энергоблока Чернобыльской атомной станции, к людям разных чинов, званий и профессий, национальностей и вероисповеданий, которые плечом к плечу двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, без выходных и праздников, в любую погоду и время года совершали трудовые подвиги, жертвуя жизнями и здоровьем. Но обо всем по порядку.

Приближается 30-я годовщина аварии на ЧАЭС. Конечно, в масштабах истории три десятка лет — срок ничтожный, мгновение. Но из таких мгновений складывается история государства и его народа. Именно они составляют тот срез, по которому можно судить о времени и о людях. Для каждого ликвидатора чернобыльская катастрофа стала испытанием на прочность, проверкой нравственных качеств и профессионализма, преодолением себя в поединке с невидимой опасностью, боевым крещением. Для всех нас — особой страницей в истории нашего государства, в судьбе целого поколения советских людей. В последнее время как-то отошла на второй план та опасность, которая нависла над европейским континентом сразу после аварии. Это вполне закономерно, ведь жизнь продолжается, каждый день приносит новые и новые проблемы. В связи с этим очень важно, на мой взгляд, обращаться к нашей недавней истории, в том числе к ее трагическим и героическим страницам, анализировать события минувших дней, изучать практический  опыт, чтобы сохранить то ценное, что было достигнуто на знаковом событии, чтобы с наименьшими потерями преодолевать возникающие трудности. Помнить, чтобы сохранить и приумножить единство российского народа, укрепить и повысить его патриотизм.

Авария на Чернобыльской атомной электростанции — величайшая ядерная катастрофа в истории человечества — соответствовала седьмому (наивысшему) уровню по международной шкале ядерных событий (ИНЕС) и привела к беспрецедентному выбросу радиоактивных веществ в окружающую среду. В результате произошедшего теплового взрыва активной зоны 4-го блока раскаленные высоко радиоактивные фрагменты обугленного топлива, графита и технологических каналов были выброшены на площадку и крыши соседних блоков станции, вызвав сильный пожар. Взрыв полностью разрушил активную зону и здание реактора. До 26 апреля 1986 года человечество не знало аварий подобного масштаба, впрочем, как показывают результаты различных расследований, даже специалисты, эксплуатирующие ЧАЭС, не предполагали о возможных чудовищных последствиях проводимого эксперимента, сопровождаемого отключением систем безопасности. И, как это обычно бывает, за безграмотность и халатность одних расплачиваться пришлось многим другим.

Бытует мнение, что ликвидация последствий аварии на Чернобыльской АЭС заключалась в основном в создании защитной оболочки (саркофага) над разрушенным реактором. Несомненно, это главный этап на пути ликвидации чернобыльской аварии. Однако следует напомнить и о других мероприятиях по ликвидации аварии, уникальных как по сложности складывающейся ситуации, нестандартности реализованных решений, объемам и срокам выполнения работ, так и самоотверженности, мужеству и героизму участников ликвидации последствий аварии.

Чтобы спасти человечество от еще более страшных последствий, необходимо было локализовать возникший пожар, грозивший перекинуться на соседние задания. Благодаря мужеству пожарных и персонала 4-го энергоблока пожар был потушен в течение нескольких часов. Эта победа над огнем досталась очень дорогой ценой — все участники этапа, по данным Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ», получили аномально высокие дозы облучения — от 10 до 16 Зв. То есть фактически ценой своих жизней люди сумели локализовать и потушить пожар.

Угроза радиоактивного загрязнения возникла не только на земле, но и под землей. В районе расположения станции проходили водоносные слои, которые были объединены с системой водоснабжения пресной водой, в том числе и европейских государств. Если бы в эти слои попала радиоактивная, раскаленная, неуправляемая масса, которую представляло в это время топливо разрушенного реактора, это привело бы к радиоактивному загрязнению подземных вод, что стало бы глобальной экологической катастрофой, ликвидировать которую, было бы просто невозможно. Что бы не допустить такого развития ситуации, непосредственно под основанием ректора было принято решение дополнительно создать защитный слой, который бы смог, при необходимости, остановить эту раскаленную лаву. Для этого нужно было с территории соседнего блока проделать подземную выработку непосредственно под основание реактора и установить элементы защиты.

Эту уникальную работу в чрезвычайно опасных условиях выполнили шахтеры и метростроевцы. Находясь на радиоактивно загрязненной территории без специальных средств защиты, люди с голыми торсами, в те дни было очень жарко, вопреки мерам безопасности прокладывали штреки и метр за метром создавали эту защиту. Мне довелось, уже после выполнения этих работ, пообщаться с очевидцами, которые рассказывали об огромной силе воли этих людей, их высоком профессионализме и необычайной жизнерадостности.

Без выполнения этих двух мероприятий действия по локализации радиоактивных выбросов в атмосферу были бы малоэффективны. Конечно, параллельно проводился целый комплекс работ, направленных на локализацию очага аварии, в том числе путем забрасывания шахты реактора теплоотводящими, нейтронно-поглощающими и фильтрующими материалами, подачи сжатого азота. Однако только после их завершения стало возможным полностью сосредоточиться на выполнении работ по ограничению выбросов радиоактивных веществ в атмосферу, масштабы которых были внушительными.

На территории России радиоактивное загрязнение от аварии на Чернобыльской АЭС затронуло 21 административный субъект, общая площадь, подвергшаяся загрязнению, составила более 50 тыс. км2. Кроме Европейской части РФ, превышение радиационного фона было отмечено на Украине, в Беларуси и Эстонии, а также в 13 европейских государствах — Норвегии, Финляндии, Швеции, Великобритании, Германии, Греции, Италии, Польше, Румынии, Словакии, Словении, Чехии, Швейцарии. Это было обусловлено метеоусловиями, под влиянием которых с самого начала аварии стали формироваться радиоактивные облака. В результате к 3 мая 1986 года сформировалась радиационная обстановка, которая затрагивала значительную территорию.

В это самое время начались работы по возведению объекта «Укрытие» («Саркофаг») и очистке территории. Мне довелось участвовать  в работах по его возведению  после того, как была возведена так называемая среди ликвидаторов «пионерская» стенка. О двух эпизодах хотелось бы вспомнить.

В средствах массовой информации демонстрировалась хроника событий осени 1986 года, на которой запечатлены работы по очистке военнослужащими Министерства обороны от радиоактивных осколков территории у основания трубы, перед водружением на нее знамени. Эти кадры широко освещались в отечественной и зарубежной прессе. Но, к сожалению,  совершенно без внимания остался факт, когда подобную работы, но только в июле 1986 года выполняла группа добровольцев в/ч 55237 (командир части подполковник Чебан Г.Г., заместитель командира по политической части майор Бондаренко А.П.) в количестве 55 человек. Данная часть входила в состав сил, подчиненных Министерству среднего машиностроения. Этому событию предшествовало следующее.

Радиационная обстановка в районе возведения стены саркофага оказывала существенное влияние на сроки и качество выполнения работы. Причина высокого радиоактивного фона заключалась в том, что на крыше блока ВСРО, который находился в непосредственной близости от участка возведения опорной стенки, было сосредоточено большое количество радиоактивных элементов, оказавшихся там после взрыва реактора. Вместе с радиоактивными осколками графитовых стержней на поврежденной крыше находились остатки ядерного топлива. Продолжать работы по возведению саркофага не представлялось возможным. Необходимо было очистить крышу. Все попытки сделать это с помощью робототехнических средств не увенчались успехом. Было принято решение очистить крышу вручную. И вот здесь хочется особенно отметить тот факт, что выполнить данную работу было решено не просто отдачей соответствующего распоряжения, используя административный ресурс по управлению многотысячным людским ресурсом, который в избытке имелся у должностных лиц, осуществлявших руководство строительными работами. А посредством обращения к военнослужащим и военнообязанным с предоставлением объективной информации и желанием, чтобы данная работа выполнялась только силами добровольцев, понимающих и осознающих всю опасность данного мероприятия.

Пишу эти строки и вижу, как перед строем командир полка подполковник Г.Г. Чебан, ничего не приукрашивая и не скрывая, отмечая все возможные последствия, доводит обстановку до своих подчиненных. И просит, именно просит выйти добровольцев для формирования сводной команды. Наступила гнетущая тишина. На минуту строй замер, но вот зашевелился, ожил, и из него сначала по одному, а затем группами начали выходить военнообязанные, призванные со всей страны. Я смотрел на них и думал, что народ, имеющий таких достойных представителей, готовых пожертвовать собой во имя общего дела, может решать любые задачи. И пока есть такой патриотизм, ни какие беды ему не страшны. Из строя вышло  значительно большее  количество, чем требовалось. Пришлось проводить дополнительный отбор. Нужно отметить, что данному мероприятию предшествовало служебное совещание у командира части, на котором определялись добровольцы среди офицеров, которые должны были быть старшими команд.

Было сформировано  две команды по 28 и 27 человек соответственно. Проведению  самой работы, которая для военнообязанного длилась 1 минуту, предшествовала тщательная подготовка, как в вопросах безопасности, так и технологии ее выполнения. Осложняющими обстоятельствами было то, что крыша была сильно захламлена и частично разрушена, а радиоактивные отходы нужно было сбросить в специально подготовленный КАМАЗ.

Задание было выполнено без существенного ущерба для здоровья его участников и работы по возведению стенки саркофага продолжились. Успех в данном случае был достигнут благодаря, прежде всего, профессиональному отношению к делу должностных лиц, для которых забота о людях была не пустым звуком.

Не могу не вспомнить еще об одном, воистину драматическом, случае, участником которого  был автор статьи. Шел август 1986 года. В район проведения строительных работ планировался приезд комиссии МАГАТЭ. Было принято решение о закрытии оконных проемов машинного зала разрушенного 4-го энергоблока специально подготовленными панелями. Установка панелей в оконные проемы должна была проводиться с использованием строительной техники. Общее время работы рассчитывалось с учетом повышенного радиационного фона. Расчет был сделан таким образом, чтобы по завершении всего объема работ максимально возможная доза облучения не превышала бы установленную предельно допустимую дозу. На выполнение технологической операции одним человеком отводилось не более 3 минут. Эти работы также выполнялись командой добровольцев.

Работа выполнялась следующим образом. Звено из 5 человек на специально подготовленном БТР выдвигалось из зоны укрытия к месту установки стеновой панели и по команде старшего (после готовности машиниста крана) осуществляло десантирование, а затем подъем, монтаж и закрепление панели. Технологически работа не была сложной, от выполняющих монтаж не требовалось какой-либо особой подготовки или квалификации. Но осложняющим обстоятельством опять стал временной показатель, а также острое чувство опасности, от которого было нелегко избавиться в тех условиях. Но драматизм ситуации заключался не в этом.

Перед началом любых работ на станции всегда проводилась радиационная разведка. Не стал исключением и данный случай. Как обычно, группа дозиметристов обследовала территорию предполагаемого места работ и выявила участок, на котором мощность дозы излучения в десятки раз превышает установившуюся на территории станции. Неоднократные повторные проверки давали тот же результат. Анализ сложившейся обстановки показал, что работы на этом участке выполнять нельзя, так как нахождение людей здесь однозначно привело бы к тяжелым медицинским последствиям.

Результаты радиационной разведки были доложены в оперативный штаб. Через некоторое время из штаба прибыло должностное лицо, пребывавшее в полной уверенности, что перед ним если не симулянты, то уж точно дилетанты. До работы на станции этот человек был главным инженером крупного строительного управления, какую должность он занимал во время ликвидации аварии на ЧАЭС, я, конечно, уже не помню, равно как и его фамилию. Однако я навсегда запомнил, что его стремление выполнить задачу любой ценой, даже ценой жизни других людей, преобладало над разумом, моралью, порядочностью. Именно тогда я раз и навсегда понял, что истинным руководителем нужно родиться, что это не каждому дано и этому невозможно научиться. Руководитель не должность, это призвание. Особенно это проявляется тогда, когда нужно принимать решения в разрезе между демонстрацией своей состоятельности, как должностного лица, и просто человеческим отношением к людям.

Не буду углубляться в детали, речь не об этом, скажу одно, что вопрос о срыве Правительственного задания в оперативном плане был вынесен на командование управления ВСЧ. Много позже я узнал, что конкретное решение по данному случаю принимал тогда начальник управления полковник Чередов Александр Ильич. Разобравшись в ситуации, этот офицер проявил незаурядные качества Руководителя с большой буквы. Благодаря его требовательности, принципиальности, справедливости и порядочности, были сохранены десятки жизней. Потом уже выяснилось, что в первые дни после аварии в этом месте оперативно было захоронено большое количество радиоактивных отходов, а информация об этом была утеряна.

Совсем недавно, на созданном замечательном сайте союза офицеров-ветеранов ВСЧ АЭП узнал, что Александр Ильич отметил 75-летний юбилей. От имени всех тех, кому он благодаря своей требовательности и справедливости сохранил здоровье, а может быть и спас жизнь, хочется пожелать доброго здоровья на многие годы. Ибо такие поступки обязательно должны возвращаться, а в этом я смог убедиться уже во время этой командировки. 

Пока проводилось разбирательство, было принято решение проводить работы на относительно благополучных участках. И вот, при выполнении монтажа очередной плиты, вынужденно находясь  непосредственно на месте работы, происходит срыв плиты с крепления, которая, примерно с 5 метровой высоты падает на меня. Только расторопность одного из военнообязанных и его готовность к самопожертвованию, спасли мне жизнь, сам же он получил сильный удар и серьезную травму. В памяти сохранилось только его имя – Виктор.

В те далекие дни труд и подвиг неизменно были рядом. На моих глазах люди разных национальностей, вероисповедания, социального положения в едином порыве были готовы на все, чтобы справиться со страшной опасностью. Они не мнили себя героями, ни офицеры, ни солдаты, просто делали шаг — всего один — из строя, вызывали трудности на себя. Очень хочется, чтобы единство и согласие, дружба и братство, патриотизм остались в нас навсегда, и никакие политические катаклизмы не могли этому помешать. Давайте все вместе снова и снова будем вспоминать те героические дни. 

Предприятия: Чернобыльская АЭС

Персоналии: Бондаренко А.П., Чебан Г.Г., Чередов А. И.